Место совершения преступления упк

Статья 152 УПК РФ. Место производства предварительного расследования

Место совершения преступления упк

1. Предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

В случае необходимости производства следственных или розыскных действий в другом месте следователь вправе произвести их лично либо поручить производство этих действий следователю или органу дознания, дознаватель вправе произвести их лично либо поручить производство этих действий дознавателю или органу дознания. Поручения должны быть исполнены в срок не позднее 10 суток.

2. Если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом месте, то уголовное дело расследуется по месту окончания преступления.

3. Если преступления совершены в разных местах, то по решению вышестоящего руководителя следственного органа уголовное дело расследуется по месту совершения большинства преступлений или наиболее тяжкого из них.

4. Предварительное расследование может производиться по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков.

4.1.

Если преступление совершено вне пределов Российской Федерации, уголовное дело расследуется по основаниям, предусмотренным статьей 12 Уголовного кодекса Российской Федерации, или в соответствии со статьей 459 настоящего Кодекса по месту жительства или месту пребывания потерпевшего в Российской Федерации, либо по месту нахождения большинства свидетелей, либо по месту жительства или месту пребывания обвиняемого в Российской Федерации, если потерпевший проживает или пребывает вне пределов Российской Федерации.

5. Следователь, дознаватель, установив, что уголовное дело ему не подследственно, производит неотложные следственные действия, после чего следователь передает уголовное дело руководителю следственного органа, а дознаватель — прокурору для направления по подследственности.

6. По мотивированному постановлению руководителя вышестоящего следственного органа уголовное дело может быть передано для производства предварительного расследования в вышестоящий следственный орган с письменным уведомлением прокурора о принятом решении.

См. все связанные документы >>>

< Статья 151. Подследственность Статья 153. Соединение уголовных дел >

1. Место производства предварительного расследования как правовой институт тесно связано с территориальной подследственностью. Предварительное следствие и дознание производятся в том районе, где совершено преступление.

Но это правило не касается производства неотложных следственных действий, которые осуществляются в том районе и тем органом, где и которым преступление было выявлено (обнаружено).

В целях обеспечения наибольшей быстроты, объективности и полноты расследования предварительное следствие и дознание могут производиться по месту нахождения подозреваемого, обвиняемого или большинства свидетелей.

2. Законодатель в приведенной формулировке, говоря о предварительном расследовании, подразумевал не место начала расследования, а место, где оно должно быть завершено.

3. Следователь (дознаватель и др.) по не подследственным (по территориальному признаку подследственности) ему делам вправе произвести любое неотложное следственное действие.

4. Все и любое из следственных действий на первоначальном этапе расследования следователь (дознаватель и др.) вправе произвести только, когда оно неотложное.

Если следственный эксперимент, выемка или другое следственное действие не потеряет своего значения и после прошествия определенного (более десяти дней) времени, значит, оно не неотложное, и, таким образом, следователь (дознаватель и др.) не вправе его производить по делам, ему не подследственным.

5. Споры о подследственности недопустимы.

6. В ч. 5 коммент. ст. не указан срок производства неотложных следственных действий.

Для органов предварительного следствия он прямо нигде не закреплен, и поэтому результаты производства конкретного неотложного следственного действия нельзя поставить под сомнение в связи с тем, что оно реализовано на одиннадцатые и даже более сутки производства предварительного расследования. Другое дело — дознаватели. В ч. 3 ст. 157 УПК от органов дознания, а значит, и от дознавателей требуется закончить производство неотложных следственных действий не позднее 10 суток со дня возбуждения уголовного дела. Рекомендуем распространить это правило и на срок производства неотложных следственных действий следователями (руководителями следственного органа, руководителями следственных групп) по неподследственным им уголовным делам.

Источник: https://rulaws.ru/upk-rf/CHAST-VTORAYA/Razdel-VIII/Glava-21/Statya-152/

Проблемы определения территориальной подследственности по делам о кражах в поездах

Место совершения преступления упк

Дмитриев С., заместитель Московского межрегионального транспортного прокурора.

Анализ складывающейся на территории Юго-Восточного транспортного региона оперативной обстановки и правоприменительной практики свидетельствует о серьезных проблемах, связанных с раскрытием и расследованием краж в сфере пассажирских перевозок.

Так, в 2008 г. по Юго-Восточному УВД на транспорте зарегистрировано 338 сообщений о кражах личного имущества граждан в пассажирских и электропоездах, что практически соответствует показателю 2007 г. (339).

В результате проверки 338 сообщений возбуждено лишь 178 уголовных дел (в 2007 г. — 226), в 45 случаях в возбуждении дел отказано, а 115 сообщений переданы по территориальной подследственности в другие ЛОВД, что на 43,7% больше, чем в 2007 г.

В суды направлено всего 48 уголовных дел. По 137 приостановлено производство в связи с неустановлением виновных лиц. Таким образом, раскрываемость краж личного имущества пассажиров составила лишь 26%.

Как показывает практика прокурорского надзора, причинами сложившегося положения являются, во-первых, неудовлетворительное состояние оперативно-розыскной работы органов внутренних дел на транспорте (отсутствие оперативных позиций (источников информации), неумение или нежелание комплексно планировать и проводить оперативные мероприятия); во-вторых, слабая организация работы дежурных частей ЛОВД и оперативно-следственных групп, выезжающих на место совершения преступления, низкое качество их работы на месте преступления (в поезде); в-третьих, некачественное проведение дознания и предварительного следствия в целом по уголовным делам этой категории.

Есть и объективные факторы, препятствующие раскрываемости.

Зачастую потерпевшие обнаруживают пропажу своих вещей и денег спустя длительное время после совершения преступления, не сразу сообщают об этом проводникам или сотрудникам милиции, что, естественно, значительно затрудняет раскрытие преступления. Иногда потерпевшие заявляют о краже после прибытия на конечную станцию, когда следы преступника и похищенного, как говорится, «простыли».

Существуют и другие негативные моменты в организации раскрытия преступлений «по горячим следам».

Например, не на всех станциях, где останавливается поезд, есть оперативно-следственные группы транспортной милиции, а там, где они есть, как правило, в местах дислокации линейных отделов, после получения сообщения о краже они не всегда успевают сесть в поезд — и не только из-за кратковременной стоянки, а, как представляется, не исключено, что умышленно, чтобы нераскрытое преступление не «зависло» на линейном отделе, поскольку материалы проверки или уголовное дело трудно потом передать по территориальной подследственности.

В то же время есть и серьезные процессуальные проблемы, возникающие при решении вопроса о территориальной подследственности краж в поездах.

Исходя из общего принципа, определенного законом (ч. 1 ст. 152 УПК), предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом, то дело расследуется по месту окончания преступления (ч. 2 ст. 152).

Однако специфика такого преступления, как кража в поезде, заключается в том, что место преступления в буквальном смысле перемещается во времени и в пространстве, и зачастую установить его объективно, т.е. «привязать» к конкретному участку оперативного обслуживания определенного ЛОВД, по материалам дела не представляется возможным.

Уголовно-процессуальное законодательство вообще не содержит такого понятия, как «территориальная подследственность». Статья 151 УПК предусматривает лишь родовую и ведомственную подследственность уголовных дел.

При этом требование закона (п. 3 ч. 1 ст. 145 УПК) однозначно: передача сообщения по подследственности возможна лишь в соответствии со ст. 151 УПК, т.е. в соответствии с родовой или ведомственной подследственностью уголовных дел.

Получается, что передать сообщение по так называемой территориальной подследственности, т.е. по месту совершения преступления, по закону нельзя.

Однако на практике линейные органы внутренних дел повсеместно занимаются передачей материалов по сообщениям о преступлениях в другие ЛОВД со ссылкой на п. 3 ч. 1 ст. 145 и ст. 152 УПК.

При этом допускаются многочисленные нарушения закона, связанные с неоднократным необоснованным направлением сообщений о поездных кражах из одного ЛОВД в другой без принятия решения о возбуждении уголовных дел.

Так, 16 ноября 2007 г. в пассажирском поезде N 62 сообщением «Москва — Нальчик» неустановленным лицом совершена кража денег в сумме 15800 руб. у пассажира Г. С заявлением о краже он обратился в ЛОВД на ст. Миллерово СКЖД.

После получения от потерпевшего заявления и сбора материала, из которого следовало, что преступление было совершено на участке железной дороги до прибытия поезда на ст. Воронеж ЮВЖД, сообщение о преступлении начальником ЛОВД на ст. Миллерово было направлено в ЛОВД на ст. Россошь ЮВЖД.

Однако начальником ЛОВД на ст. Россошь материал возвращен в ЛОВД на ст. Миллерово как необоснованно направленный, в связи с тем, что не было установлено место совершения преступления. После этого материал из ЛОВД на ст. Миллерово был направлен в адрес начальника ЮВ УВДТ, откуда в декабре 2007 г.

вновь передан в ЛОВД на ст. Россошь, где лишь 2 января 2008 г. было возбуждено уголовное дело по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

https://www.youtube.com/watch?v=oqkuEpuScsU

Другой пример. 8 февраля 2008 г. начальником ЛОВД на ст. Воронеж ЮВЖД возвращен в ЛОВД на ст. Лиски ЮВЖД материал проверки по сообщению о краже сотового телефона у гражданина К., случившейся 28 января 2008 г. при следовании в пассажирском поезде N 116 сообщением «Санкт-Петербург — Адлер». Согласно материалам проверки, кража совершена во время следования поезда по перегону ст.

Колодезная — ст. Давыдовка ЮВЖД, находящемуся в зоне оперативного обслуживания ЛОВД на ст. Воронеж. В связи с этим материал проверки из ЛОВД на ст. Лиски был направлен в ЛОВД на ст. Воронеж. Однако материал был возвращен в ЛОВД на ст. Лиски. В качестве оснований возвращения материала было указано, что ст.

145 УПК РФ не предусматривает направление сообщения о преступлении по территориальной подследственности. В связи с этим ЛОВД на ст. Лиски предлагалось принять решение о возбуждении уголовного дела, а затем направить его в ЛОВД на ст. Воронеж для дальнейшего расследования. Но 11 февраля 2008 г. из ЛОВД на ст. Лиски материал по заявлению К. был вновь возвращен в ЛОВД на ст.

Воронеж по тем же надуманным основаниям без принятия законного решения о возбуждении уголовного дела.

Подобные примеры, когда сотрудники милиции необоснованно направляют материалы проверки из одного ЛОВД в другой, вместо того чтобы заниматься раскрытием и расследованием преступлений, на практике встречаются довольно часто. К сожалению, это характерно для всех органов внутренних дел.

Таким образом, проблема превращается в «заколдованный круг».

Во-первых, следователь или дознаватель, установив, что сообщение о преступлении или уголовное дело им не подследственны (так как преступление было обнаружено на участке обслуживания другого ЛОВД), произведя неотложные проверочные или следственные действия, не могут передать уголовное дело (материалы проверки) по подследственности, поскольку точно не установлено место совершения преступления. Во-вторых, ЛОВД не заинтересовано в возбуждении дел и расследовании преступлений, которые объективно совершены на участках обслуживания другого ЛОВД, так как даже в случае передачи уголовных дел по подследственности в пределах территории оперативного обслуживания одного информационного центра (ИЦ) преступления повторному учету не подлежат и с учета не снимаются (п. 21 Положения о едином порядке регистрации уголовных дел и учета преступлений, прилагающегося к совместному Приказу Генеральной прокуратуры РФ от 29 декабря 2005 г. N 39, МВД России N 1070, МЧС России N 1021, Минюста России N 253, ФСБ России N 780, Минэкономразвития России N 353, ФСКН России N 399 «О едином учете преступлений»), а это значит, что в случае нераскрытия преступления ухудшаются показатели передавшего уголовное дело ЛОВД, хотя оно и не занималось расследованием. В-третьих, возбужденные уголовные дела расследуются не по месту совершения преступления, как того требует закон.

В результате такого положения грубо нарушаются конституционные права граждан, потерпевших от преступлений, на законное и справедливое разрешение дела, возмещение причиненного вреда, а виновные в большинстве случаев избегают ответственности.

Представляется, что эту проблему необходимо решать на законодательном уровне, путем внесения изменений в действующее уголовно-процессуальное законодательство.

Источник: https://wiselawyer.ru/poleznoe/40107-problemy-opredeleniya-territorialnoj-podsledstvennosti-delam-krazhakh-poezdakh

Определение места производства предварительного расследования преступлений, связанных с использованием сети Интернет, средств связи, банковских карт

Место совершения преступления упк

Проблемы принятия процессуальных решений по фактам совершения телефонного или компьютерного мошенничества вызваны трудностями определения места совершения преступления и установления подследственности с учетом территориальности органа внутренних дел.

Трудности обусловлены, прежде всего, необходимостью осуществления проверки для принятия решения о возбуждении уголовного дела, которая может затянуться на месяцы при неоднократном направлении доследственных материалов по подследственности из территориального органа внутренних дел одного субъекта Российской Федерации в территориальный орган другого субъекта. А это, в свою очередь,  приводит к утрате следов преступления, уменьшению возможностей своевременного раскрытия преступления, к необоснованному нарушению разумных сроков уголовного судопроизводства и прав лиц, потерпевших от преступления.

Принимаемые решения по факту совершения телефонного мошенничества на стадии возбуждения уголовного дела зависят от точного установления места совершенного преступления. В соответствии с ч. 1 ст.

152 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

При телефонном мошенничестве временем окончания преступления является момент зачисления денег на банковский счет того лица, которое получает возможность распоряжаться по своему усмотрению денежными средствами, осуществляя расчеты, не снимая денежные средства с того счета, на который они перечислены, в результате совершенного деяния.

Злоумышленник, обманывая в ходе телефонной беседы пострадавшего, находился в населённом пункте, относящемся к ведению одного территориального подразделения полиции, а денежные средства потерпевший переводил в месте, которое обслуживается другим отделом полиции.

Ошибка правоприменителей в приведённом, а также в подобных случаях заключается в неверном понимании положений ч. 1 ст. 152 УПК РФ, согласно которым предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, в их системном толковании с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г.

№ 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которому мошенничество признаётся оконченным с момента, когда чужое имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению. В частности, п.

 4 названного постановления Пленума Верховного Суда определяет вопрос окончания преступления для разграничения оконченного мошенничества и покушения на мошенничество.

Правоприменители же зачастую смешивают понятия места окончания преступления (наступления общественно опасных последствий), которое не имеет никакого значения для определения территориальной подследственности, и места совершения преступления (общественно опасного деяния), подменяя второе первым.

Неправильно толкуя нормы материального и процессуального права, они полагают, что преступление совершено в месте, где пострадавший внёс денежные средства в банкомат (или иным образом перечислил их на счёт злоумышленника), так как именно в этот момент виновный получает реальную возможность распорядиться ими (завладевает чужим имуществом).

При этом сторонники такого подхода полагают, что общественно опасное деяние при телефонном мошенничестве включает в себя не только действия злоумышленника по обману пострадавшего, но и перечисление денежных средств на соответствующий счёт, а также завладение ими виновным.

Перечисление денежных средств осуществляется пострадавшим, поэтому оно никак не может быть составной частью «деяния» злоумышленника. Иными словами, совершение такого рода мошенничеств предполагает, что общественно опасное деяние заключается лишь в обмане пострадавшего, которое совершается злоумышленником в месте его нахождения. В ч. 1 ст.

 152 УПК РФ речь идёт именно о месте совершения преступления, под которым признаётся место совершения общественно опасного деяния независимо от места наступления последствий. Подобной позиции придерживается и судебная практика при определении места совершения преступления с материальным составом.

Данный вывод также подтверждают и состоявшиеся приговоры судов по конкретным делам о телефонном мошенничестве. К примеру С., находясь в исправительном учреждении на территории г. Ельца Липецкой области, совершил десять телефонных мошенничеств в отношении жителей Липецкой, Тамбовской, Орловской, Смоленской и Тульской областей.

Суд обоснованно счёл местом совершения преступлений ФКУ ИК-4 УФСИН России по Липецкой области, откуда злоумышленник осуществлял звонки. Таким образом, поскольку при телефонном мошенничестве общественно опасное деяние (обман доверчивого гражданина) происходит во время телефонного разговора с ним злоумышленника, местом совершения этого преступления, а следовательно, и местом предварительного расследования, равно как и доследственной проверки, является место нахождения злоумышленника независимо от места перечисления пострадавшим денежных средств и места зачисления их на счёт виновного (завладения ими злоумышленником).

Источник: http://sevproc.ru/opredelenie-mesta-proizvodstva-predvaritelnogo-rassledovaniya-prestuplenij-svyazannyh-s-ispolzovaniem-seti-internet-sredstv-svyazi-bankovskih-kart

Личное жилье
Добавить комментарий